Аналитика

Особое Совещание при народном комиссаре НКВД. Странно, что защитники Сталина от клеветы либералов историографию этого органа стараются не замечать. Странно, если не знать, что из себя эти защитники в кавычках представляют. А вопрос очень интересны, заинтересовавший меня давно и я уже начинал писать об ОСО. Пришла пора этим записям придать структурированный вид, но постараюсь сделать это как можно компактнее, чтобы товарищам легче было использовать информацию в пропагандистской работе.

История Особого Совещания очень интересная. Особенно в том плане, что, разбираясь с документами по нему, я пришел к выводу: при Сталине не то, чтобы расстреливали направо и налево, целыми сотнями тысяч - расстреливать вообще боялись. Не дай бог кого-то нечаянно расстрелять по ошибке! Это утверждение сейчас кажется совершенно нелепым даже не либералам, но и публике, которой уже до состояния шизы зашлаковала мозги многочисленная рать историков и публицистов «левого» направления.  Но, начнем…

Образовано Особое Совещание при наркоме НКВД СССР в 1934 году, сразу после образования ведомства Постановлением ЦИК СССР, СНК СССР от 5 ноября 1934 № 22 «Об Особом совещании при НКВД СССР».

Этим Постановлением наркому НКВД было предоставлено право применять:  сылку на срок до 5 лет под гласный надзор в местности, список которых устанавливается НКВД СССР; высылку на срок до 5 лет под гласный надзор с запрещением проживания в столицах, крупных городах и промышленных центрах СССР; заключение в исправительно-трудовые лагеря на срок до 5 лет; высылку за пределы СССР иностранных подданных, являющихся общественно-опасными.

Я здесь не буду останавливать на том, что на местах были образованы рабочие органы этого Совещания – тройки НКВД (УНКВД\НКВД и УРКМ – точнее), потом эти «тройки» были распущены Берией, так как вскрылись факты, что там халтурили, пытались тяжкие преступления подогнать под ОСО, в результате преступники получали меньшие наказания, чем заслуживали. Всё это мною описано в работах по Большому террору.

Главное, что Совещание введено высшим законодательным органом, ЦИК СССР, и высшим законодательным органом ему предоставлены соответствующие права –  до 5 лет ссылки или заключения в ИТЛ.

Это нормальная, как видим, государственная практика в нормальном государстве. Всё абсолютно законно. Никакого произвола. Не какое-то Политбюро или ведомство, а ЦИК предоставляет права и определяет в рамках этих прав степень наказания.

Дальше с историей ОСО начинаются странности. С 1937 года, как закреплено в современной историографии, оно начинает применять до 8 лет заключения в ИТЛ. Ни с того, ни с чего – сразу 8 лет.

По простой логике, и не только по логике, должно быть соответствующее Постановление ЦИК СССР, расширяющее права ОСО. Юристы – сюда! Вам слово! Ведь если полномочия чего-либо определил высший законодательный орган, то отменить эти полномочия, урезать их либо расширить имеет право только тот же высший законодательный орган. Правильно?  А разве была проблема ЦИК СССР, коль такая надобность возникла, принять Постановление в двух предложениях объемом о предоставлении ОСО дополнительных полномочий? В чем эта проблема заключалась, если… Да-да, никакого Постановления ЦИК о предоставлении ОСО полномочий приговаривать к 8 годам не существует. Все Постановления ЦИК, имеющие силу закона, вступали в силу с момента опубликования. Постановление об учреждении ОСО с правом на 5 лет – опубликовано. Постановление про 8 лет – публикации не существует ни в одном сборнике законодательных актов СССР. Его нет в природе.

А на чем основывается наша историография в качестве подтверждения наличия таких полномочий у ОСО с 1937 года? На известной записке министра МГБ Игнатьева Сталину:

«28 декабря 1951 г.

Сов. секретно

№ 1760/и

Постановлением ЦИК и СНК СССР от 5 ноября 1934 года Особому Совещанию при Народном Комиссаре внутренних дел СССР было предоставлено право рассматривать все дела о лицах, признаваемых общественно опасными, и применять к ним меры наказания не свыше 5 лет лишения свободы.

В 1937 году Особое Совещание при НКВД СССР начало применять по рассматриваемым делам меры наказания до 8 лет лишения свободы…»

Я один заметил, что текст этого письма предельно … странный, так скажем? В первом абзаце всё конкретно – ЦИК предоставил право. Во втором – какая-то ерунда. ОСО вдруг начало применять 8 лет. Ни с того ни с чего. А-а! Так Ежов был наркомом НКВД! Известный карлик-палач. Ему так захотелось – на 8 лет иметь право сажать и он начал 8 лет применять.

А прокурор Вышинский, который обязан был присутствовать на заседаниях ОСО, согласно Постановления ЦИК от 1934 года, согласился с тем, что Ежов стал себя считать высшим законодательным органом СССР и сам повысил свои полномочия?

Заметьте и запомните, никто из всех историков ни разу даже тени сомнения не высказал в том, были ли права у ОСО на 8 лет с 1937 года. Никто! Где там наш известный историк советских спецслужб А.И. Копакиди?! Ау, Александр Иванович! Я в ваш огород этот булыжник бросаю. Лови!

Но это только начало. Дальше еще увлекательней будет. Следующий абзац письма Игнатьева:

«С конца 1938 года Особое Совещание при НКВД СССР, руководствуясь постановлением СНК и ЦК ВКП(б) от 17 ноября 1938 года «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия», принимало к своему рассмотрению дела лишь о тех преступлениях, доказательства по которым не могли быть оглашены в судебных заседаниях по оперативным соображениям".

Здесь министр МГБ в письме на имя Сталина врёт, как сивый мерин. И вы сами это проверить можете. Постановление от 17 ноября 1938 года даже в сети вполне доступно, но в его тексте нет ни слова о том, что написал Сталину Игнатьев. Я имею ввиду «…принимало к своему рассмотрению дела лишь о тех преступлениях, доказательства по которым не могли быть оглашены в судебных заседаниях по оперативным соображениям». Там элементарно нет этого. Игнатьев был настолько бесстрашен, чтобы так нагло Сталину брехать? Или Сталин, как утверждал Хрущев в своих мемуарах (правда, он утверждал, что этой галиматьи, которая была издана в США, он лично не писал и не надиктовывал), был стар и бумаг не читал? Если он бумаг не читал, то зачем ему писал письма Игнатьев?

Вы, наверняка, уже сами начали подозревать, что известное письмо министра МГБ Игнатьева выглядит как фальшивка. Правильно начали подозревать. Но такая фраза о том, что ОСО рассматривало дела и выносило по ним наказания, когда имелась оперативная необходимость, вполне могла быть в одном документе, который был подменен очередной фальшивкой с целью окровавить режим Сталина. Более того, такое положение не могло не быть, когда над нашей страной нависла самая страшная опасность. И я дальше постараюсь реконструировать один законодательный акт, который был заменен фальшивкой настолько нелепо состряпанной… Но которую все наши историки воспринимают, как действительный документ…

Источник: p-balaev.livejournal.com

Поделитесь материалом в социальных сетях.

 

 

Читайте также

Также вы можете выбрать удобную форму участия и поддержки нашего проекта по ссылке ниже

Участие в проекте "Закон Времени"